- Иди сюда, - он погладил одеяло рядом с собой, приглашая меня присоединиться.
Расстегнув несколько пуговиц, что ранее были застегнуты почти под горло, я сбросила сапоги и устроилась у него под боком. Несколько минут мы лежали молча, просто наслаждаясь присутствием друг друга. От Даррэна исходило какое то странное тепло, что стремилось окутать меня всю, оградить от утренней прохлады. Его рука легла мне на бедро, второй он подпирал голову. От легких поглаживаний, вверх по позвоночнику пробегали волны мурашек, сбивая меня с толку.
- Ты хотел поговорить.
- У нас еще целый день, могу я насладиться твоей компанией, никуда не торопясь?
- Если у тебя в планах, держать меня в неведении весь день, то нет.
- Не весь день, я просто не хочу торопить события.
- Ну да, куда еще медленнее то, - пробурчала я, растягиваясь на одеяле.
Улегшись на спину я смотрела в безоблачное небо, слушала пение птиц и старалось что было сил не замечать руки Даррэна, высвобождающей мою рубашку из штанов и медленно расстегивающую пуговицы. Когда с пуговицами было покончено, он распахнул рубашку, подставляя мою кожу лучам утреннего солнца. Мне казалось, что возмущаться глупо, ведь он меня и без одежды видел, а так даже приятней и загар ровнее будет. Что-то я совсем бледной стала, аж непривычно.
Когда он стал вырисовывать причудливые узоры кончиками пальцев на моем животе, каждый раз улыбаясь, стоило мне чуть выгнуть спину, прося о продолжении, как его улыбка становилась шире. Через некоторое время, эта игра ему надоела и он чуть изменив положение сначала просто спрятал лицо, уткнув его в мой живот, а после сделав глубокий вдох, принялся целовать ставшую очень чувствительной кожу. Легкие касания губ, тепло его дыхания, рука, нежно поглаживающая бедро, через кожаные штаны. С каждым мгновением мне становилось все сложнее и сложнее сдерживать стоны и не шевелиться, а я так боялась спугнуть этот сон. Ведь мой Даррэн никогда не позволял себе подобного.
Когда он неожиданно остановился, я не смогла сдержать стон разочарования. Руки беспомощно сжимались и разжимались, давая волю эмоциям.
- Я все пытаюсь понять, что ты хочешь, чего не хочешь, что тебе нравиться, а что тебя раздражает, - он лег рядом, всматриваясь в мое лицо, будто выискивая ответы на свои вопросы.
- А я не знаю, как себя вести, - не удержавшись, я спрятала лицо, закрыв его ладонями.
С одной стороны, мне очень приятно, когда он ко мне прикасается, с другой, я совершенно не знаю как на это реагировать, как показать ему, что мне приятно, но не отпугнуть?
- Моя маленькая, стеснительная глупышка.
Я почувствовала его дыхание на своей шее, тихий полушепот у моего уха и сильные руки убрали мои ладони от моего лица, являя мое смущение миру.
- Расслабься и просто делай то, что тебе хочется. Нет правил, которым стоит следовать, я просто хочу понять, хочешь ли ты быть со мной. Приятны ли тебе мои прикосновения.
- Очень, - он перехватил мои руки на пути к лицу, так как я снова хотела спрятать пылающие щеки.
- Тогда покажи мне.
Его губы накрыли мои, нежно лаская, призывая к ответу. Неуверенно, чуть смущенно я ответила на поцелуй. Руки оплели его шею, притягивая его ближе. Я попыталась вспомнить, как вела себя тогда, в моей ванной. Без страха, без стыда, просто наслаждаясь им. Надоедливый голосок на краю сознания шептал, что я никогда не сравнюсь с его опытными любовницами, знающими о таких вещах если не все, то очень много, но зато, я могу попробовать. Может то, что я могу ему предложить, будет достаточно.
Он легко прикусил мою губу и я позволила телу выгнуться, потянутся на встречу к нему, прильнуть к нему, желая близости. Желая надышаться им. Его рука скользнула на мой затылок, немного надавив, он перетянул меня на себя, так что теперь я сидела на его торсе, прижавшись к нему. Не отпуская меня, он перетек в сидячее положение и обвил мои ноги вокруг своей талии. Наконец, он разорвал поцелуй, отстранился, тяжело дыша. Я же пытаясь выровнять сбившееся дыхание как привороженная смотрела на него и не могла оторвать взгляд.
- Ты хочешь быть моей? Полностью, без остатка. Быть моим продолжением, быть моей частью, - он очертил контур моего лица пальцами, всматриваясь в мои глаза. - Я не знаю, что такое любовь, не знаю, какой она должна быть. Но я точно знаю, что эти несколько недель для меня стали сущим адом, когда я ощущал только одиночество и не мог думать не о чем и ни о ком, кроме тебя. Где ты, как ты, с кем ты. Я хочу быть рядом, хочу защищать тебя, хочу видеть твою улыбку. Я хочу, чтобы ты стонала и извивалась от наслаждения, когда я доставляю тебе удовольствие. Я хочу быть с тобой. Я не знаю, любовь ли это, но я точно знаю, что хочу, чтобы та стала моей. Навсегда.
От его признания, мое сердце забилось быстро-быстро, а глупая улыбка появилась на моих губах. Как всегда, он очень ответственно подошел к вопросу, что я задала и ответил. Слава богам, после его ответа, мне не прийдется плакать в подушку, чувствуя себя ненужной и брошенной. Но я хорошо знаю Даррэна и если мы будем строить отношения, то стоит обозначить некоторые правила, иначе я снова стану его подопечной, а не равной ему.
- Я хочу быть твоей. Я хочу каждую минутку проводить с тобой, быть причиной твоей улыбки, чувствовать твое тепло, но... - я замялась, стараясь подобрать слова, чтобы не казалось, что я ставлю условия, хотя в некотором смысле так и было.
- Но?
- Но мне бы хотелось, чтобы ты относился ко мне как к равной, а не принимал решения за нас двоих, не задумавшись даже со мной посоветоваться. Я хочу расти, я хочу развиваться, хочу добиться многого, но я не могу этого сделать с твоей гипер опекой.
- Ты понимаешь, что я не смогу измениться за один день?
- Понимаю. Но и ты должен понимать, что я буду тебя одергивать, когда ты будешь возвращаться к старому. Я буду требовать, чтобы ты уважал мои решения.
- Ну тогда, я оставляю за собой право спорить с тобой до хрипоты, если решение, что ты хочешь принять, как например твое решение убежать от меня, откровенно попахивает глупостью.
- Мне страшно.
- Чего ты боишься, красавица моя?
- Боюсь, что потеряю тебя. Оттолкну, борясь за собственную независимость.
- Ну, тут главное не переусердствовать. Найти баланс, между независимостью и здравым смыслом.
- Намек понят, моя независимость не является здравым смыслом, - не удержавшись я рассмеялась и пощекотала его.
Принимая правила игры, он заливисто рассмеялся, скрутил мои руки за моей спиной и впился в мои губы поцелуем. В нем я чувствовала его радость, его облегчение. По началу, весьма невинный поцелуй, перешел в нечто большее. Оторвавшись от моих губ, он опускался все ниже, слегка покусывая шею и после, нежно целуя укушенное место. Теплые волны удовольствия накатывали с каждым прикосновением, усиливая одна другую, до того момента, когда я больше не могла сдерживать стоны. Откинув голову, я отдалась во власть опытных рук, просто тая под его губами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
